Введение
Судебная экспертиза является одним из наиболее значимых доказательств по уголовному делу. От качества и профессионализма ее назначения и производства напрямую зависят законность и обоснованность процессуальных решений. Вместе с тем практика назначения сложных комплексных экспертиз в негосударственные экспертные учреждения все чаще сопровождается грубыми нарушениями требований уголовно-процессуального законодательства и Федерального закона от 31.05.2001 № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»1 (далее – ГСЭД от 31.05.2001 № 73-ФЗ).
Результаты исследования
Уголовное дело № 12401030003000173, находившееся в производстве следственной части СУ УВД по г. Сочи2, представляет собой характерный пример таких нарушений. В рамках данного дела одним экспертом негосударственной организации были проведены несколько сложных экспертиз, при этом сторона защиты была фактически лишена возможности реализовать права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ3.
По делу были назначены и проведены три судебные экспертизы: комплексная судебно-бухгалтерская экспертиза и экспертизы определения места, количества и способа утилизации отходов, в том числе иловых осадков; оценочная-экологическая судебная экспертиза; экспертиза рыночной стоимости объектов недвижимости, проведенные одним и тем же экспертом по постановлениям следователя.
1. Нарушение порядка ознакомления с постановлением о назначении экспертизы
В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2010 № 28) подозреваемый, обвиняемый и их защитники должны быть ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы до ее производства4.
В ряде своих определений (например, № 439-О, № 18-О и др.) Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что ознакомление с постановлением о назначении экспертизы после её проведения нарушает право на защиту. Подозреваемый и обвиняемый должны иметь возможность реализовать свои права до начала исследования, иначе эти права становятся фикцией.
В рассматриваемом деле это требование было проигнорировано. Материалы уголовного дела были направлены на экспертизу до ознакомления обвиняемого Г. и его защитника. Обвиняемый был ознакомлен с ними только 4 мая 2026 года – уже после завершения экспертных исследований.
В результате права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ (право заявлять отвод эксперту, ставить дополнительные вопросы, ходатайствовать о назначении дополнительной или повторной экспертизы, знакомиться с заключением эксперта), были фактически сведены к нулю. Такое нарушение носит принципиальный характер и лишает сторону защиты возможности влиять на формирование доказательственной базы [1].
2. Указание конкретного эксперта в постановлении о назначении экспертизы
Часть 2 ст. 195 УПК РФ устанавливает, что в постановлении о назначении судебной экспертизы указывается экспертное учреждение, а не конкретный эксперт. Указание фамилии эксперта заранее лишает участников процесса права на заявление обоснованного отвода и нарушает принцип независимости эксперта.
По закону следователь указывает в постановлении конкретного эксперта только тогда, когда экспертиза производится вне экспертного учреждения (ч. 2 ст. 195 УПК РФ). Если исследование проводится в учреждении, следователь направляет туда постановление, а конкретного исполнителя определяет руководитель этого учреждения (ч. 2 ст. 199 УПК РФ).
В постановлениях о назначении экспертиз по данному уголовному делу был указан конкретный эксперт Б. Ходатайства защиты об отводе эксперта и о назначении экспертизы в государственном учреждении оставлены без удовлетворения.
Прямое указание эксперта Б. свидетельствует о личной заинтересованности следствия в конкретном исполнителе, что нарушает ст. 7 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ».
3. Требования законодательства и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ
Статья 13 ГСЭД от 31.05.2001 № 73-ФЗ устанавливает жесткие требования к экспертам государственных судебно-экспертных учреждений: наличие высшего образования и дополнительного профессионального образования по конкретной экспертной специальности. Статья 41 того же закона ГСЭД от 31.05.2001 № 73-ФЗ распространяет основные принципы государственной судебно-экспертной деятельности, включая требования к компетенции, на негосударственных экспертов.
Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2010 № 28 обязывает суды тщательно проверять квалификацию негосударственного эксперта. Суды должны выяснять обладает ли лицо специальными знаниями в соответствующей области, проверять документы об образовании и дополнительной профессиональной подготовке. Формальный подход к проверке квалификации противоречит указанным разъяснениям высшей судебной инстанции.
При этом орган, назначающий экспертизу, обязан не ограничиваться общей ссылкой на необходимость специальных знаний, а указать конкретные фактические обстоятельства дела, которые вызывают сомнения и не могут быть установлены иным способом.
Формальный подход к проверке квалификации и «разрешения вопросов, требующих специальных познаний», противоречит указанным разъяснениям высшей судебной инстанции и судебной практикой признается недостаточным. В связи с тем, что Президент Российской Федерации 4 августа 2026 года подписал федеральные конституционные законы, которые официально закрепляют руководящий характер разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по вопросам судебной практики, указанное разъяснение фактически не только дополняют содержание определенных правовых норм, но и становятся обязательным элементом правовой реализации в судопроизводстве5. Это касается и вопроса определения компетентности лица в осуществлении функций судебного эксперта.
В процессуальных кодексах (ст. 57 УПК, ст. 85 ГПК, ст. 55 УПК РФ) прописано, что судебный эксперт – это лицо, обладающее специальными знаниями. Наличие этих знаний подтверждается документально.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации определил условия поручения производства судебной экспертизы негосударственному экспертному учреждению или лицу, не работающему в государственном судебно-экспертном учреждении, а именно:
- отсутствие в государственном судебно-экспертном учреждении эксперта конкретной специальности;
- отсутствие надлежащей материально-технической базы либо специальных условий;
- наличие обстоятельств, указанных в ст. 70 УПК РФ.
Причем данные условия должны распространяться на все компетентные государственные судебно-экспертные учреждения на данной территории6. В постановлении (определении) о назначении экспертизы должны быть указаны мотивы поручения производства экспертизы вне государственного экспертного учреждения.
Таким образом, можно сделать вывод, что поручение производства судебной экспертизы негосударственному судебно-экспертному учреждению, при отсутствии указанных выше условий, может послужить основанием для признания судом заключения эксперта недопустимым доказательством.
Одним из вопросов, который неизбежно приходится решать при производстве экспертизы негосударственными экспертными учреждениями или лицами, не являющимися государственными экспертами, является установление компетентности «потенциальных» экспертов [2].
3.1. Проблемы обеспечения компетентности судебного эксперта при назначении судебных экспертиз
Одним из ключевых условий допустимости заключения судебного эксперта является надлежащая проверка его компетентности уже на стадии назначения экспертизы. Назначение судебной экспертизы должно быть мотивированным. Орган, назначающий экспертизу, обязан указать конкретные фактические обстоятельства, для установления которых необходимы специальные знания, и обосновать, почему эти обстоятельства невозможно установить иным способом. Формальная ссылка на нормы процессуального закона недостаточна.
Особое значение имеет проверка компетентности эксперта. Выбор эксперта или экспертного учреждения является прерогативой органа, назначающего экспертизу, однако эта прерогатива должна реализоваться через тщательную проверку квалификации: наличия специальных знаний именно в области предмета экспертизы, сведений об образовании, специальности и стажа работы по предмету исследования.
Судебная практика знает многочисленные примеры признания экспертных заключений недопустимыми в связи с поручением экспертизы лицам, не обладающим необходимыми специальными познаниями. В частности, признавались недостоверными заключения, когда исследование влияния антропогенных факторов на почву поручалось экспертам, не имеющим базового образования в области почвоведения.
Кроме того, недопустима постановка перед экспертом правовых вопросов. Оценка доказательств, их относимости и допустимости, а также толкование норм права относятся к исключительной компетенции суда и следователя. Постановка таких вопросов фактически означает делегирование процессуальных полномочий эксперту и влечет признание соответствующей части заключения недопустимой.
Несоблюдение указанных требований при назначении судебной экспертизы создает реальную угрозу появления в материалах уголовного дела недопустимых доказательств и нарушает право обвиняемого на защиту.
4. Отсутствие у эксперта профильного высшего образования
Наиболее существенным нарушением является допуск к проведению сложных комплексных судебных экспертиз лица, не имеющего профильного высшего образования. Эксперт Б. имеет единственное высшее образование по специальности «Экономика и управление на предприятии» (инженер-экономист). Данная специальность не имеет отношения к бухгалтерскому учету, экологии, оценочной деятельности или судебной экспертизе. Все остальные документы о квалификации представляют собой свидетельства о краткосрочной профессиональной подготовке продолжительностью до 3 месяцев.
Краткосрочные курсы переподготовки не могут заменить профильное высшее образование. Для формирования специалиста, способного проводить сложные судебные экспертизы, необходимо полноценное высшее образование по соответствующей специальности продолжительностью 4-6 лет.
Статья 108 № 273-ФЗ (о квалификации) указывает, что профессиональная переподготовка направлена на получение компетенции, необходимой для выполнения нового вида профессиональной деятельности, но закон не приравнивает её к получению нового уровня высшего образования (бакалавриат/магистратура/специалитет).
Эксперт, не имеющий профильного высшего образования, не способен глубоко применить методики.
Допуск к проведению бухгалтерских, экологических и оценочно-экологических экспертиз лица без профильного высшего образования прямо противоречит ст. 8 ГСЭД от 31.05.2001 № 73-ФЗ и п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2010 № 28, согласно которому необоснованным признается заключение, в котором недостаточно аргументированы выводы, не применены или неверно применены необходимые методы и методики исследования.
5. Выход эксперта за пределы компетенции и недостатки заключения
В теории и практике судебно-бухгалтерской экспертизы выработаны четкие три критерия оценки заключения эксперта:
При проверке полноты исследования экспертом-бухгалтером первичных документов, учетных регистров и материалов уголовного дела надлежит установить: соответствует ли заключение судебно-бухгалтерской экспертизы (акт о невозможности дать заключение) форме, установленной в инструкции о производстве экспертизы; на все ли вопросы, поставленные на разрешение судебно-бухгалтерской экспертизы, даны ответы; соблюдены ли в заключении экспертизы последовательность, ясность изложения исследуемых фактов; приведена ли характеристика хозяйствующего субъекта, совершившего злоупотребление в исследуемый период; кем конкретно из должностных, материально ответственных и иных лиц допущено злоупотребление; правильно ли определена сумма материального ущерба и установлены ли все лица, виновные в его причинении; отражены ли в заключении объяснения, заявленные возражения подозреваемых, обвиняемых лиц и их адвокатов; исследованы ли их версии; имеются ли ссылки на нормативно-правовые акты и материалы следствия, подтверждающие выводы эксперта-бухгалтера; правильно ли произведены арифметические подсчеты в исследовательской части и выводах заключения судебно-бухгалтерской экспертизы при определении суммы материального ущерба в целом и по каждому из лиц, ответственных за его причинение.
При проверке достоверности заключения эксперта-бухгалтера и допустимости его выводов в качестве доказательств по уголовному делу необходимо проанализировать: соблюдены ли требования уголовно-процессуального законодательства, касающиеся порядка и правил проведения экспертизы, т.е. не нарушены ли экспертом-бухгалтером пределы компетенции, нормы ст. 46, 47 УПК РФ, гарантирующие права подозреваемого и обвиняемого; правильно ли применены экспертом методы исследования бухгалтерских документов; подтверждены ли исследования эксперта-бухгалтера первичными документами и записями в учетных регистрах; согласовываются ли цифровые данные и выводы по одному и тому же вопросу, приводимые в различных частях заключения; обосновываются ли выводы судебно-бухгалтерской экспертизы нормативно-правовыми актами, регламентирующими хозяйственно-финансовую деятельность должностных и материально ответственных лиц [3].
При определении значимости для уголовного дела доказательств, установленных экспертом-бухгалтером в ходе судебно-бухгалтерской экспертизы, следует исходить из того, что заключение эксперта не свидетельствует о преступлении, а ограничивается лишь выявлением фактов нарушений в хозяйствовании и определением лиц, ответственных за материальные ценности и денежные средства; доказательственное значение имеют исследования, подтверждающие следственные версии, показания свидетелей, обвиняемых, заключения других экспертиз или хотя и противоречат материалам следствия, но это обстоятельство является основанием для несогласия с выводами эксперта-бухгалтера.
Особо следует подчеркнуть недопустимость постановки перед экспертом правовых вопросов. Оценка доказательств, их относимости, допустимости и толкование норм права относятся к исключительной компетенции следователя и суда. Постановка таких вопросов означает фактическое делегирование процессуальных полномочий эксперту.
Эксперт-бухгалтер не вправе давать заключения по вопросам правового характера, разрешать вопрос о доказанности или недоказанности фактов, вторгаться в компетенцию следователя. Установление экспертом нарушений законодательства при отсутствии достаточных специальных знаний в соответствующей области указывает на выход за пределы компетенции и позволяет ставить вопрос о признании заключения недопустимым [3].
В рассматриваемом уголовном деле № 12401030003000173 эти требования не были соблюдены.
Согласно ст. 70 УПК РФ эксперт-бухгалтер не может принимать участие в производстве по уголовному делу в следующих случаях:
1) при наличии обстоятельств, предусмотренных ст.161 УПК РФ (предыдущее его участие в производстве по уголовному делу в качестве эксперта или специалиста не является основанием для отвода);
2) если он находился или находится в служебной или иной зависимости от сторон или их представителей;
3) в случае своей некомпетентности.
6. Фиктивная «безвозмездность» экспертизы
В материалах уголовного дела имеется коммерческое предложение экспертной организации АНО о проведении экспертизы за 300000 рублей. Одновременно следствие ссылается на безвозмездный характер исследований.
Согласно ст. 131 УПК РФ и Постановлению Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2013 № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» расходы на проведение экспертизы негосударственными экспертами относятся к процессуальным издержкам и подлежат оплате7. Безвозмездное проведение экспертиз допускается только государственными судебно-экспертными учреждениями в рамках государственного задания.
Проведение дорогостоящей экспертизы негосударственной организацией «бесплатно» уничтожает принцип независимости эксперта (ст. 7 Федерального закона № 73-ФЗ), порождает сомнения в его беспристрастности (ст. 61, 70 УПК РФ) и влечет признание заключения недопустимым доказательством (ст. 75 УПК РФ). Такая «безвозмездность» представляет собой дарение в пользу государственного органа, что запрещено ст. 575 ГК РФ.
7. Регистрация экспертного учреждения в жилом помещении
Юридический адрес АНО зарегистрирован в жилой квартире многоквартирного дома. Согласно п. 3 ст. 17 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» размещение некоммерческой организации в жилых помещениях не допускается, за исключением случаев, предусмотренных жилищным законодательством (ст. 17 ЖК РФ)8. Это обстоятельство ставит под сомнение наличие необходимой материально-технической базы и штата специалистов экспертного учреждения.
8. Недопустимость проведения комплексной экспертизы одним лицом
Если для ответов на вопросы следствия требуются полярные области науки (бухгалтерия и экология), должна назначаться комплексная экспертиза, выполняемая несколькими экспертами. Один человек не может подменять собой целую комиссию, если у него нет подтвержденной квалификации по каждому направлению (статья 201 УПК РФ и пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2010 № 28).
Согласно статье 201 УПК РФ и разъяснениям Пленума Верховного суда РФ комплексная экспертиза проводится несколькими экспертами.
Однако в абз. 3 п. 12 Постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2010 № 28 указано, что если эксперт обладает достаточными знаниями, необходимыми для комплексного исследования, он вправе дать единое заключение по исследуемым им вопросам. Все это вызывает споры, так как буквальный смысл процессуальных норм (например, ст. 201 УПК РФ) предполагает участие нескольких лиц.
Известно, что если для ответов на вопросы следствия требуются полярные области науки (бухгалтерия и экология), должна назначаться комплексная экспертиза, выполняемая несколькими экспертами. Один человек не всегда сможет взять на себя обязанности по проведению экспертного исследования, которое должна выполнить комиссия экспертов, обладающих разными специальными знаниями, если у него нет подтвержденной квалификации по каждому направлению (статья 201 УПК РФ и пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2010 № 28). Коллизия правовых актов в данном случае заключается в том, что согласно статье 201 УПК РФ и разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ комплексная экспертиза проводится несколькими экспертами. Процессуальные кодексы (например, ст. 85 АПК РФ) содержат требование о проведении комплексной экспертизы не менее чем двумя экспертами, что создает правовой коллизионный нюанс между арбитражным, гражданским и уголовным процессами. Однако в абз. 3 п. 12 Постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2010 № 28 указано, что если эксперт обладает достаточными знаниями, необходимыми для комплексного исследования, он вправе дать единое заключение по исследуемым им вопросам. Все это вызывает споры, так как буквальный смысл процессуальных норм (например, ст. 201 УПК РФ) предполагает участие нескольких лиц.
Причины несогласия с позицией Пленума: утрата комиссионного контроля при формировании общего вывода; риск субъективизма, что повышает вероятность экспертной ошибки; превышение квалификационного объема.
Проведение трех экспертиз, носящих комплексный характер, единолично лицом, не обладающим профильным образованием по необходимым специальностям, является грубым нарушением закона.
9. Систематическое проведение экспертиз одним экспертом и одной организацией для одного следственного подразделения
Особую опасность для принципа независимости представляет ситуация, при которой негосударственная экспертная организация и конкретный эксперт систематически проводят судебные экспертизы для одного и того же следственного подразделения.
Когда один и тот же эксперт (или одна организация) на протяжении длительного времени выполняет значительный объем экспертиз по заказам конкретного следственного подразделения, возникают обоснованные сомнения в его реальной независимости. В данном контексте происходит фактическая подмена процессуального статуса независимого лица функциями «штатного» сотрудника ведомства. Подобная практика вступает в прямое противоречие с императивными предписаниями ст. 7 ГСЭД от 31.05.2001 № 73-ФЗ, а также со ст. 61, 70 УПК РФ9, регламентирующими институты независимости и отвода эксперта.
Систематическое латентное сотрудничество неизбежно влечет за собой формирование устойчивых неформальных (корпоративных) связей, что критически снижает объективность исследовательской деятельности и нивелирует принцип состязательности сторон [4].
Анализ материалов уголовного дела №12401030003000173 свидетельствует о наличии системных нарушений при назначении и производстве судебных экспертиз в уголовном судопроизводстве.
Обсуждение и заключение
В целях устранения выявленных проблем предлагается:
1. Внести изменения в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, прямо предусмотрев, что в случае невыполнения следователем (дознавателем) обязанности по ознакомлению подозреваемого, обвиняемого и их защитников с постановлением о назначении судебной экспертизы до ее производства, все доказательства, полученные в результате такой экспертизы, автоматически признаются недопустимыми и подлежат исключению из уголовного дела. Аналогичное правило следует распространить на другие существенные нарушения порядка назначения экспертизы [5].
2. Установить на законодательном уровне прямой запрет на проведение судебных экспертиз по конкретному виду исследований лицами, не имеющими профильного высшего образования по соответствующей специальности. Краткосрочные курсы профессиональной переподготовки не должны признаваться достаточным основанием для допуска к проведению сложных судебных экспертиз.
3. Исключить в законодательстве возможность проведения судебных экспертиз негосударственными организациями на безвозмездной основе в рамках уголовного судопроизводства.
4. Запретить указание в постановлении о назначении судебной экспертизы конкретного эксперта.
5. Обязать орган, назначающий судебную экспертизу, мотивированно указывать в постановлении конкретные фактические обстоятельства, для установления которых необходимы специальные знания, и обосновывать невозможность их установления иным способом.
6. При оценке независимости эксперта учитывать фактор систематического проведения им (или организацией) экспертиз для одного следственного подразделения. При наличии признаков устойчивого сотрудничества такие заключения должны подвергаться особо строгой проверке вплоть до признания недопустимыми доказательствами.
7. Установить обязательную проверку реального места осуществления деятельности негосударственных экспертных учреждений.
8. Усилить прокурорский надзор за соблюдением порядка назначения судебных экспертиз.
Только при введении механизма автоматического признания недопустимыми доказательств, полученных с нарушением порядка назначения экспертизы, и установлении жестких требований к профильному образованию экспертов можно обеспечить реальную компетентность и независимость судебного эксперта.
