кандидат юридических наук;
candidate of jurisprudence sciences;
Введение: статья посвящена исследованию совершенствования договорных уголовно-процессуальных механизмов, применяемых в российском уголовном судопроизводстве. Материалы и методы: основным методом исследования стала материалистическая диалектика, которая позволяет выявить качественное преобразование отечественной уголовно-процессуальной системы под воздействием количественного роста производств, исход которых определяется соглашением сторон. Использованы метод анализа, с помощью которого была выявлена сущность отдельных принципов договорных производств, и метод синтеза, позволивший определить системное свойство у анализируемых мировоззренческих идей. Применялись также частные методы: исторический, сравнительного правоведения, научного моделирования. Обзор литературы: изучение современной научной доктрины, а также научной доктрины России в период действия Устава уголовного судопроизводства позволило выявить истоки, генезис, развитие мировоззренческих идей принципиального характера, определяющих сущность современных договорных уголовно-процессуальных производств. Результаты исследования: определен круг мировоззренческих идей, представляющих оппозиционное дополнение к позитивно-правовой системе принципов. В круг этих «дополнительных принципов» автором были включены принципы обвинения, диспозитивности, целесообразности, формальной истины. Они образуют подсистему альтернативных, дополнительных «квази-принципов», определяющих сущность только особых – исключительных уголовно-процессуальных производств. В «свернутом виде», как дополнение, они присутствуют в смешанном типе российского уголовного процесса, смягчая крайности его следственной природы и оправдывая особые уголовно-процессуальные формы применения мер альтернативного уголовно-правового воздействия. Обсуждение и заключение: подсистема договорных уголовно-процессуальных производств, включающая процедуры, предусмотренные главами 32.1, 40, 40.1, 51.1, а также статьями 25, 25.1, 28, 28.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, должна основываться не только на принципах, перечисленных в главе 2 УПК РФ, но и на идеях, проникнутых гуманизмом, прагматизмом, договорным началом. Подсистемы этих «дополнительных принципов» в общей системе уголовно-процессуальных принципов призваны обеспечить лучший баланс частного и публичного начал в отечественном уголовном процессе смешанного типа.
Introduction: the article discusses improvement of contractual criminal proceedings in Russian jurisdiction. Materials and Methods: materialistic dialectics which makes it possible to identify a qualitative transformation of the domestic criminal procedure system under the influence of a quantitative increase in production, the outcome of which is determined by the agreement of the parties became the basis for the research. The author used the method of analysis due to which he identified the essence of certain principles of contractual proceedings, and the synthesis method which provided to identify systemic property of the analysed worldview ideas. The author also used specific methods, such as historical, comparative jurisprudence, and scientific modeling. Literature review: the study of the current scientific doctrine as well as scientific doctrine of Russia over the course of Criminal legal procedure regulations allowed identify sources, genesis, and development of philosophical ideas of a fundamental nature that determine the essence of modern contractual criminal procedural proceedings. Results: the range of worldview ideas representing an oppositional addition to the positive legal system of principles was determined. In the circle of these "additional principles" the author included the principles of prosecution, dispositiveness, expediency, formal truth. They form a subsystem of alternative, additional "quasi-principles" that determine the essence of only special - exceptional criminal procedural proceedings. In a "rolled-up form", as an addition, they are present in the mixed type of Russian criminal procedure, mitigating the extremes of its investigative nature and justifying special criminal procedure forms of application of measures of alternative criminal legal impact. Discussion and Conclusions: the subsystem of contractual criminal proceedings, including the procedures provided for in Chapters 32.1, 40, 40.1, 51.1, as well as Articles 25, 25.1, 28, 28.1 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation, should be based not only on the principles listed in Chapter 2 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation, but also on ideas imbued with humanism, pragmatism, and contractualism. Subsystems of these "additional principles" in the general system of criminal procedural principles are designed to ensure a better balance of private and public principles in the domestic criminal proceedings of mixed type.