ВведениеВ эпоху стремительной цифровизации и обострения глобальных экологических вызовов система высшего юридического и управленческого образования сталкивается с парадоксом: рынку труда требуются специалисты принципиально нового типа – «экопротекторы», обладающие синтезом правовых, естественнонаучных и технологических компетенций. Однако образовательные стандарты зачастую остаются в плену традиционной дисциплинарной разобщенности.Монография Б.Б. Тангиева «Экокриминологическая мультимодальная концепция подготовки квалифицированных специалистов в сфере экобезопасности, охраны окружающей среды и эковиктимологической защиты» (Санкт-Петербург: Медиапапир, 2025) представляет собой не просто научный труд, а развернутый манифест преодоления этого кризиса. Работа подводит итог тридцатилетних изысканий автора, начатых в 1995 г. на базе СПбГУВК (ныне ГУМРФ им. адмирала С.О. Макарова) и продолженных в стенах СПбУ МВД России, СПбУ ГПС МЧС России, НИЦЭБ РАН и других ведущих научных центрах.Актуальность работы продиктована не только научной логикой, но и прямыми поручениями Президента РФ о создании единой системы экомониторинга (ФГИС «Экомониторинг»), эффективность которой невозможна без качественно подготовленных кадров. Автор убедительно доказывает, что борьба с транснациональной экопреступностью невозможна силами юристов-«традиционалистов» или экологов, не владеющих криминалистическими и IT-методами [1, с. 31–39; 2, с. 138–139].1. Теоретические основыэкокриминологической парадигмыЦентральным понятием рецензируемой монографии является «экокриминология» (Oikoscrimenlogos), определяемая автором как трансдисциплинарно-мультимодальное научное направление. Б.Б. Тангиев убедительно доказывает, что экологическая преступность не может быть адекватно изучена и тем более предотвращена в рамках какой-либо одной науки. Необходим синтез знаний уголовного права, криминологии, криминалистики с экологией, химией, биологией, др. смежными науками естествознания, а также с геоинформационными технологиями и кибернетикой [1, с. 41–46; 3, с. 340–345].Важнейшим вкладом автора в развитие научного знания является обоснование перехода от антропоцентристской к экоцентристской парадигме [4, с. 101–114; 5, с. 27–33]. В работе последовательно проводится мысль о том, что природа (окружающая среда, экосистемы) должна рассматриваться не просто как объект хозяйственной деятельности или «место совершения преступления», а как полноправный объект защиты, обладающий собственной ценностью.Этот концептуальный сдвиг находит своё выражение в новом категориальном аппарате, введённом автором. Особого внимания заслуживает «Краткий авторский тезаурус» (гл. 3.2., с. 189–260), где впервые в систематизированном виде представлены такие понятия, как:- «Экокриминогенная ситуация» – совокупность обстоятельств, объективно способствующих совершению экопреступлений [6, с. 21–25];- «Эковиктимизация» – процесс превращения социума, биоценозов и будущих поколений в жертв экопреступности;- «Чрезвычайная экокриминогенная ситуация (ЧЭКС)» – кризисное состояние среды, непосредственной причиной которого является экопреступление или правонарушение (в отличие от ЧС природного характера) [1, с. 261–275];- «Экопротектор» – новый тип специалиста в правоохранительной системе, работающего по проактивной схеме «риск – прогноз – предупреждение – защита – восстановление».Последнее понятие напрямую адресовано практическим работникам прокуратуры, следствия, надзорных органов и задаёт новый вектор их профессиональной подготовки – не просто надзирателя, а активного защитника природных систем, владеющего современным аналитическим инструментарием [1, с. 241–242].Также представлены многие термины, понятия и разъяснения, относящиеся к критериально-оценочному аппарату, разработанному в недрах экокриминологии. По данному авторскому тезаурусу развернутый анализ дает в своей рецензии известный криминолог Д.А. Шестаков [1, с. 340–342; 7, с. 8–20].2. Мультимодальность как принциппостроения образовательной системыКлючевой особенностью предлагаемой концепции является её мультимодальный характер. В монографии подробно рассматривается модульная система подготовки специалистов, включающая 15 взаимосвязанных блоков. Автор справедливо отмечает, что именно комплексность, а не разрозненное изучение отдельных дисциплин позволяет сформировать у выпускника системное, «синтетическое» мышление [1, с. 175–181].Проведём детальный анализ этой системы (см. табл. 1).Таблица 1. Модульная система экобезопасности в концепции Б.Б. Тангиева [8, с. 81–91]№Название модуляКраткая характеристикаЗначение для подготовкиспециалиста1ЭкодевиантологияИзучает эколого-правовой нигилизм, инфантилизм и девиантное поведение как «питательную среду» для экопреступностиФормирует понимание генезиса экопреступника, позволяет выстраивать систему профилактики (превенции)2Криминалистика охраны окружающей среды (экокриминалистика)Разрабатывает специальные методы расследования экопреступлений, включая работу со следами химического, радиоактивного и биологического загрязненияОбеспечивает навыки сбора и закрепления доказательной базы в условиях, когда следы неустойчивы и быстро трансформируются [1, с. 236–240]3ЭковиктимологияИсследует феномен «экожертвы» (эковиктима), типологию жертв, процессы массовой анонимной виктимизации социумаУчит выявлять латентных потерпевших, обосновывать вред здоровью и разрабатывать меры социально-правовой поддержки4ЭкоцидологияАнализирует проблемы квалификации экоцида (ст. 358 УК РФ) и смежных составов, обосновывает неотвратимость наказания без срока давностиФормирует понимание особой тяжести деяний, разрушающих экосистемы, и методик доказывания отдалённых последствий5Международный экомониторингРазрабатывает параметры для международной системы мониторинга, включая индекс «Экокримен»Готовит специалистов к работе в рамках международных проектов (БРИКС, ШОС, ЕАЭС)6Устойчивая стабильность и унификацияПроводит сравнительно-критический анализ экологической и уголовной политики, вырабатывает меры упреждающего воздействияРазвивает аналитическое мышление, способность оценивать эффективность законодательства7Национальная и международная безопасностьИзучает экотерроризм, экодиверсии, экокоррупцию, деятельность незаконных биолабораторийЗакладывает основы «международного права безопасности»8Информационно-криминологические технологииВключает АСЭКМ, ГИЭКС, ЭКВОВОС, технологии предиктивной аналитикиФормирует ключевые цифровые компетенции: работа с ГИС, ДЗЗ, БПЛА, базами данных [1, с. 118–142]9Цифровая трансформация и моделированиеИспользование цифровых двойников для прогнозирования развития экокриминогенной ситуацииОбеспечивает навыки прогностической деятельности10Управление транснациональными рисками (СУПТЭКР)Разрабатывает стратегии управления сложными экологическими рисками, включая трансграничныеГотовит к работе в условиях глобальных угроз11Совершенствование методики расчёта ущербаВнедряет «эковиктимологический индекс» как новый критерий оценки вреда здоровью и имуществуФормирует навыки обоснования исковых требований, компенсационных выплат12Развитие международной экокриминологииАнализирует проблемы формирования единого экопространства в многополярном миреРазвивает геополитическое мышление у специалистов13Международная экокриминологическая доктринаРазрабатывает проект Конвенции единых мер сдерживания транснациональной экопреступностиВовлекает обучающихся в законотворческую деятельность14Аудит международных программКритически анализирует причины неэффективности программ ООН (ЮНЕП, «Повестка дня на XXI век»)Формирует навыки экспертной оценки15Перспективы расширения БРИКСОбосновывает миссию России как лидера в выработке справедливой международной экополитикиОбеспечивает понимание национальных интересов в экосфереИсточник: составлено автором настоящей статьи на основе [1, с. 177–181].Как справедливо отмечает Б.Б. Тангиев, без овладения этими модулями подготовка высококвалифицированных кадров в сфере контрольно-надзорной деятельности будет несостоятельной, а обеспечение действенности системы экобезопасности на практике останется неразрешимой проблемой [1, с. 234–235].3. Эволюция авторской концепции:от экокриминологии к НЭККАнализ монографии показывает, что предлагаемая концепция не возникла на пустом месте, а является результатом многолетней эволюции научных взглядов автора. Как отмечается в одном из отзывов, Б.Б. Тангиев прошёл путь от первых лекций по экокриминологии в 1997 г. до создания целостного Научного эколого-криминологического комплекса (НЭКК).В монографии 2010 г. «Научный эколого-криминологический комплекс (НЭКК) по обеспечению экологической безопасности и противодействию экопреступности» [3, с. 2–22] автор впервые обосновал необходимость выхода за рамки строго очерченного предмета экокриминологии. НЭКК стал той «зонтичной» структурой, которая позволила объединить:экокриминологию (как теоретический базис);2) криминалистику охраны окружающей среды (как инструментарий);3) экодевиантологию (как блок превенции);4) эковиктимологию (как учение о экожертвах).В рецензируемой монографии этот комплекс получает своё завершённое выражение в виде 15-модульной системы. Примечательно, что автор не останавливается на достигнутом и указывает на перспективные направления исследований, включая биоэлектромагнитную экологию (БИО ЭМ ЭКОЛОГИЯ), изучающую влияние электромагнитных излучений на биоту и связанные с этим экокриминогенные риски.4. Технологический базис концепции:от теории к практикеОдним из ключевых достижений автора, детально раскрытых в монографии, является разработка конкретных технологических решений, обеспечивающих реализацию концепции на практике.Геоинформационные экокриминологические системы (ГИЭКС) представляют собой аппаратно-программные комплексы, предназначенные для ввода, обработки, хранения и интерпретации пространственной информации об экокриминогенной обстановке. Автор подробно описывает архитектуру ГИЭКС, включающую территориальный, программный, экокриминологический отраслевой и моделирующий блоки [1, с. 120–125].Автоматизированные системы экокриминологического мониторинга (АСЭКМ) позволяют в режиме, близком к реальному времени, выявлять факты несанкционированных сбросов загрязняющих веществ, идентифицировать их источник и прогнозировать развитие ситуации. Как отмечается в монографии, ключевая инновация заключается в использовании растворённого органического вещества (РОВ) в качестве естественного природного индикатора, дающего быстрый отклик на «химическую атаку» с участием априори неизвестных опасных веществ [1, с. 72–75].Особый интерес представляет предложенная автором процедура работы системы, включающая пять блоков:1. Геоинформационный блок (накопление данных о предприятиях, вплоть до молекулярного строения выпускаемой продукции);2. Блок идентификации (отождествление проб с образцами);3. Правовой блок (соотнесение с НПА, КоАП РФ или УК РФ);4. Блок экспресс-анализа последствий;5. Блок профилактики (экодевиантологический и эковиктимологический) [1, с. 252–253].5. Практическая ориентацияи связь с потребностями правопримененияСильной стороной монографии является её прямая нацеленность на решение конкретных задач, стоящих перед правоохранительной системой. Автор не ограничивается теоретическими построениями, а предлагает детально проработанные, готовые к внедрению образовательные продукты.В приложениях к монографии содержатся [1, с. 284–305]:1. Образец рабочей программы дисциплины «Экокриминология и прикладные технологии обеспечения экобезопасности» для магистратуры (4 зачётные единицы).2. Детализированные программы повышения квалификации для сотрудников прокуратуры и контрольно-надзорных органов (72 и 108 часов), включающие модули по работе с БПЛА, геоинформационными системами, портативными датчиками, а также полевые выезды.3. Проект «Технологическое перевооружение природоохранной прокуратуры: дорожная карта», предусматривающий создание Федерального ситуационно-аналитического экокриминологического центра при Генпрокуратуре РФ.Особого внимания заслуживает разработанная автором «Схема взаимодействия в рамках мультимодальной модели "Прокурора-экопротектора"» (Приложение № 3). Схема наглядно демонстрирует, как прокурор, находясь в центре системы, интегрирует данные из четырёх блоков: «Данные» (цифровое зрение), «Право» (правовые инструменты), «Наука» (интеллектуальный центр) и «Общество» (внешняя среда), обеспечивая замкнутый цикл управления [1, с. 298–300].Монография органично связывает образовательную концепцию с реализуемыми в России национальными проектами, в первую очередь – с созданием Федеральной государственной информационной системы «Экомониторинг» (ФГИС «Экомониторинг»). Б.Б. Тангиев аргументированно доказывает, что эффективность этой масштабной системы будет напрямую зависеть от наличия квалифицированных кадров – «экокриминологов», «эковиктимологов», «криминалистов охраны окружающей среды», способных не просто фиксировать факты загрязнения, но и выявлять их криминогенные причины и обеспечивать неотвратимость наказания и целенаправленную профилактику.6. Место концепциив системе криминологического знанияЗначимость рецензируемой работы выходит далеко за рамки педагогики высшей школы. Она вносит фундаментальный вклад в развитие самой криминологической науки. Как отмечал основатель Санкт-Петербургского криминологического клуба Д.А. Шестаков, экологическая криминология органично вписывается в доктрину «преступность – свойство общества» и является одной из важнейших отраслей, исследующих преступность основных подсистем социума.Б.Б. Тангиев не только развивает эту традицию, но и выводит её на новый уровень. Его концепция НЭКК позволяет преодолеть фрагментацию знаний, характерную для современной науки, и создать единое поле для взаимодействия криминологов, криминалистов, экологов, химиков, биологов и IT-специалистов. Именно такой трансдисциплинарный подход, по убеждению автора, является единственно возможным ответом на вызовы транснациональной экопреступности.7. Критический анализ и направлениядальнейших исследованийОценивая работу в целом как фундаментальный и новаторский труд, можно высказать ряд пожеланий и направлений для дальнейших изысканий.Во-первых, представленная модульная система является в высшей степени универсальной. Вместе с тем, для её практического внедрения потребуется разработка детализированных методических рекомендаций, адаптированных к специфике различных ведомств (МВД, прокуратура, МЧС, Росгвардия, ФСБ, СК РФ). Каждое ведомство имеет свои оперативно-розыскные и процессуальные особенности, которые должны быть учтены в рабочих программах.Во-вторых, несмотря на обширный эмпирический и теоретический материал, было бы полезно расширить сравнительно-правовой контекст, проанализировав опыт подготовки аналогичных специалистов (например, «зелёных» криминалистов, эко-аудиторов) в зарубежных странах, в первую очередь – в государствах-участниках БРИКС и ШОС, с которыми Россия активно развивает сотрудничество.В-третьих, перспективным видится создание на основе предложенной концепции учебных симуляторов и виртуальных тренажёров, моделирующих различные типы чрезвычайных экокриминогенных ситуаций (ЧЭКС) и позволяющих отрабатывать навыки межведомственного взаимодействия в условиях, максимально приближенных к реальным. Это позволило бы поднять практико-ориентированность подготовки на качественно новый уровень.ЗаключениеМонография Б.Б. Тангиева «Экокриминологическая мультимодальная концепция подготовки квалифицированных специалистов в сфере экобезопасности, охраны окружающей среды и эковиктимологической защиты» является завершённым, оригинальным и исключительно своевременным научным трудом. Работа знаменует собой важный этап в развитии не только криминологии и юридической педагогики, но и всей системы обеспечения национальной безопасности в условиях новых экзистенциальных вызовов.Предложенная автором концепция предлагает конкретный и научно обоснованный путь преодоления «кадрового голода» в одной из самых приоритетных сфер государственного управления. 15-модульная система, детально проработанная в монографии, представляет собой целостную дидактическую матрицу, обеспечивающую формирование у выпускника системного мышления и набора компетенций, необходимых для работы с современными цифровыми инструментами (ГИЭКС, АСЭКМ), проведения экокриминалистических экспертиз и реализации эковиктимологического подхода.Особую ценность работе придаёт её практическая направленность. Готовые образовательные программы, проекты дорожных карт и схемы межведомственного взаимодействия делают концепцию не просто академической теорией, а реальным инструментом модернизации системы подготовки кадров для правоохранительных и надзорных органов.Внедрение положений монографии в образовательный процесс Санкт-Петербургского университета МВД России и других профильных вузов будет способствовать формированию поколения специалистов – «экопротекторов», способных эффективно защищать окружающую среду и конституционные права граждан на её благоприятное состояние, опираясь на передовые достижения науки и техники. Работа, несомненно, заслуживает самой высокой оценки и рекомендации к широкому использованию.