ВведениеК метафизике права можно относиться по-разному: придерживаться метафизико-правового способа понимания фундаментальных оснований правовой реальности или, наоборот, занимать антиметафизическую позицию и редуцировать право вообще к позитивному праву, занимать критическую позицию, но нельзя отрицать факт, что метафизика права как социокультурный феномен оказала и оказывает существенное влияние на вектор развития общества и характер социально-правовых отношений, включая процессы законотворчества и правоприменения. Для конкретного гражданина, деяния которого оцениваются в соответствии с законами, основанными на метафизико-правовой парадигме, сама метафизика права выступает существенной реальностью, от которой зависит характер его дальнейшего существования. Предметом настоящего исследования выступает метафизика права как социокультурный феномен. Таким образом, мы вплотную подходим к проблеме социокультурной обусловленности метафизики права. Эта тема является актуальной в свете того, что метафизико-правовые учения позиционируют себя в качестве имеющих свой предмет вне эмпирической реальности [1, с. 8]. Онтологический статус основного предмета метафизики права с точки зрения самой метафизики права является безусловным [2, с. 100]. Однако основные формы представленности метафизики права в системе социальной реальности имеют решающее значение для практики общественного развития. Ставится вопрос относительно социокультурной обусловленности метафизики права и обратной обусловленности социокультурной реальности фактом присутствия в ней метафизико-правовых идей.Обзор литературыИсследование метафизики права как социокультурного феномена начинает оформляться еще в эпоху Нового времени и исторически совпадает с появлением первых теорий позитивного права [3, с. 28]. Соответственно, список источников, в котором метафизика права находит отражение в качестве социокультурного феномена, начинает формироваться именно тогда. Однако в собственном смысле социокультурный анализ метафизики права появляется с середины двадцатого века. Ряд фундаментальных произведений, раскрывающих метафизику права в качестве социокультурного феномена, возникает вокруг исторически развивающейся теоретической дискуссии между философией естественного и позитивного права [4, с. 55-56]. Со стороны естественного права социокультурный аспект права раскрывается в таких трудах, как «Мораль права» Л. Фуллера, «Естественное право и естественные права» Дж. Финниса [5, 6]. Со стороны теории позитивного права это «Понятие права» Г. Харта, «Чистое учение о праве» Г. Кельзена [7, 8]. Вокруг этих фундаментальных источников формируется широкий спектр непрерывно пополняющихся исследовательских работ. В отечественной литературе социокультурный феномен метафизики права находит отражение практически у всех известных в этой области авторов (Л.И. Петражицкий, В.С. Нерсесянц, Р.А. Ромашов, А.Б. Дидикин, С.Н. Касаткин, В.В. Оглезнев, М.В. Антонов).Материалы и методыМетодологическую основу исследования составили социокультурный и феноменологический методы. Их применение к общей предметной сфере философии права позволило выделить специфический предмет – социокультурный феномен метафизики права. Данный предмет обнаруживает себя в системе социокультурного детерминизма, составляющего основу общественных наук. Материалом исследования послужил общий массив философско-правовых исследований, посвященных, с одной стороны, раскрытию сущности метафизики права, с другой – направленных на критический анализ метафизики права, рассматривающих ее в качестве сложного, многоаспектного и исторически необходимого феномена социального бытия.Результаты исследованияАнализ современной ситуации развития философско-правового дискурса позволяет говорить о существовании многоаспектного теоретического осмысления метафизики права. Метафизика права в ее сущностном аспекте получает рассмотрение в контексте философии естественного права Л. Фуллера и Дж. Финниса [9, с. 421-422]. Также можно констатировать факт основательной, концептуальной проработки метафизики права в общем контексте теоретико-методологической дискуссии с традицией позитивного права, а также в контексте общего развития теоретической проблематики онтологии, методологии и аксиологии права. Формирование теоретико-методологических принципов социокультурного анализа в пространстве современной науки необходимым образом подготовило почву для реализации социокультурного подхода в отношении развитых философско-правовых учений, связанных с практикой общественного развития. Таким образом, социокультурный подход к метафизике права – явление закономерное и исторически подготовленное.Особенность данного подхода состоит в формировании специфического предмета научного познания – социокультурного феномена метафизики права. В указанном смысле существование метафизики права превращается в исторический факт. Исследовательская задача смещается с вопроса обоснования метафизического аспекта правовой реальности как системообразующего концепта в сторону исследования социокультурных факторов, обусловливающих возникновение и развитие феномена метафизики права, а также последующее критическое отношение к ней. Набор подобных факторов следует понимать более широко, чем в контексте линейного детерминизма, поскольку иначе не учитывался бы функционально-ролевой аспект метафизики права.Если обозначить вопрос, в каких исследованиях формируются базовые предпосылки для социокультурного анализа метафизики права, то мы обнаружим, что они относятся преимущественно к школам и направлениям, занимающим антиметафизическую позицию в отношении интерпретации сущности права. В первую очередь это философия позитивного права [10, с. 211]. Объясняется это тем, что одна из задач, стоявшая перед новой и прогрессивной на тот момент философией позитивного права, заключалась в том, чтобы объяснить существование метафизики права, не прибегая к метафизической аргументации. Необходимо это было для того, чтобы суметь проинтерпретировать метафизику права как явление историческое, следовательно, временное, которое неизбежно уступит место новым концептуальным формам обоснования права, таким как теория позитивного права. Очевидно, что подобная позиция еще достаточно далека от полноценного социокультурного анализа, но в ней происходит формирование необходимых методологических принципов. Далее следует отметить, что социокультурный анализ становится одним из ведущих методологических подходов в пространстве научных исследований середины двадцатого века. Данный подход сохраняет сильные стороны методологической программы исторической школы, в том числе теоретико-методологические достижения марксизма [11, с. 127-128]. Кроме того, он дополняется общими результатами развития культурологического познания, наработками в области типологии культуры, что способствует преодолению линейного европоцентризма, характерного для исторической школы.Применение социокультурного и феноменологического подходов позволяет осуществлять рассмотрение метафизики права с позиции ее активной социально-конструктивной и регулятивной функции. Это выгодно отличает данные подходы от онтологического и эпистемологического исследований метафизики права.Тематика эпистемологического анализа метафизической парадигмы в целом и метафизики права в частности активно разрабатывалась в традиции европейской философии со времен критического переосмысления наследия схоластической философии. Социокультурный подход к метафизике права исторически начинает оформляться именно в тех направлениях политико-правовой мысли, которые занимали антиметафизическую позицию [3, с. 157-158]. В частности, мощный импульс к формированию социокультурного взгляда на правовую реальность можно обнаружить в теории общественного развития первого позитивизма. Огюст Конт определяет место метафизики в истории развития основного познавательного отношения человечества к миру в целом. Метафизический тип познания занимает промежуточное положение между религией и эмпирической (позитивной) наукой. Подобный взгляд означал, в частности, и то, что метафизика более не является бесконечным познанием о бесконечной абсолютной реальности, напротив, метафизику можно определить и указать ей место. Раскрытие внешнего по отношению к метафизике взгляда на метафизическое познание означало и то, что причины расцвета и упадка метафизики коренятся не в ней самой, а в реальных социокультурных процессах.Однако на первых этапах критики метафизико-правового наследия система аргументов и контраргументов в адрес метафизического познания редко выходила за пределы классической концепции истины. Подобная ситуация наблюдается вплоть до того момента, когда Кант проводит радикальное разграничение сферы применения практического и теоретического разума. В этом смысле применение классической концепции истины к метафизико-правовой реальности само по себе вызывает ряд вопросов и возражений, связанных с онтологическим нормативизмом правовой реальности. Метафизико-правовая предметная сфера во многом благодаря кантианству существенно усложняется. Связано это с дихотомией сущего и должного: онтология права не может однозначно отнести правовую норму к сфере существующего, поскольку норма – это принцип долженствования. Подобная линия теоретического анализа оснований правовой сферы жизни общества находит продолжение в неокантианстве и в версии философии позитивного права Кельзена [12, с. 171].Разграничение онтологического измерения метафизико-правового исследования и прагматического, выступающего основой для конвенционализма в отношении метафизики права, позволяет лучше оценить социокультурный статус метафизико-правовых учений. Речь идет о более полном рассмотрении оснований метафизики права для конкретной формы и стадии развития общества и культуры. Онтологическое измерение метафизико-правового дискурса ставит вопрос о подлинности предметной сферы метафизики права. Соответственно, удостоверение в предмете метафизики права выступает в качестве основания принятия метафизики права в качестве фундаментального основания для всей правовой теории, которая должна уже выступить основой для законотворческой и правоприменительной практики. Метафизическая парадигма вообще и метафизика права в частности предполагают онтологическую и эпистемологическую иерархию. Чистые метафизические принципы в этой системе выступают в роли начал, из которых выводятся (или над которыми надстраивается) все остальное учение. Реальная практика общественного развития дополняется функционально-ролевым измерением актуально присутствующих в культуре теорий, выступающих в роле своеобразных идеологем. Подобный взгляд применим и в отношении метафизики права.Нормативный характер этико-правовой сферы жизни общества позволяет сделать вывод, что действительность метафизики права для конкретной социокультурной системы определяется, в том числе, еще и конвенциональным способом. Социокультурная действительность метафизики права и ее онтологическая действительность – это два принципиально различных вопроса. Онтологическое измерение предполагает постановку вопроса подлинного и неподлинного права в соответствии с предельно общими принципами организации социального бытия, включающей моральный и нравственный регулятор [13], тогда как социокультурная действительность метафизики права определяется ее влиянием на практику общественного развития.Обсуждение и заключенияПрименение социокультурного подхода к метафизике права в пространстве современного социально-гуманитарного познания можно определить в качестве ожидаемого и закономерного явления.Для самой метафизики права как специфической области познания, ориентированной на постижение необходимых, безусловных и внеэмпирических начал правовой реальности, социокультурный подход означает внешнюю по своей сути исследовательскую позицию, поскольку он не затрагивает основного метафизического предмета философско-правового дискурса, но фиксирует только формы проявления метафизики права в социокультурном пространстве. Следует понимать, что с точки зрения самой метафизики всякое явление априори обладает второстепенным онтологическим статусом по отношению к сущности.Однако философия права существует не только в чистом теоретическом измерении, но и в практическом, то же самое можно сказать и обо всей системе юридических наук. Это означает, что метафизика права существует не только в форме системы знаний, но и в форме регулятивных принципов, которые могут составлять основу конкретных социальных практик. В контексте практики общественного развития существенную роль играет именно то, какое место в системе правовых отношений занимает метафизика права как явление.С позиции социокультурного подхода метафизика права и не оспаривается, и не обосновывается в ее конкретном содержании, а принимается как некая данность (по факту существования) в системе социальной реальности. Обсуждению подлежит то, каковы реальные практические последствия метафизико-правовых идей для правовой сферы жизни общества. Если достоверность каждого конкретного метафизико-правового учения справедливо вызывает ряд вопросов, особенно в свете антиметафизических тенденций в культуре, то культурно-историческая ситуация принятия той или иной метафизико-правовой парадигмы, а также формирование на ее основе правотворческой и правоприменительной практики относятся к позитивной фактической составляющей социальной реальности.